«Мы решили отказаться от роли»: Николай Кобликов, так и не сыгравший в кино Буратино, погиб при исполнении воинского долга
«Он кричал так, что мы не могли этого вынести»
Приступая к съемкам киноленты, режиссер Леонид Нечаев нисколько не сомневался: в роли Буратино он хочет видеть только девятилетнего Колю Кобликова из Минска. Исключительный ребенок! Живой, артистичный, свободно чувствует себя перед кинокамерой.
Работа над фильмом уже началась и шла как по маслу. Но вдруг случилось непредвиденное. Очень энергичный Кобликов умудрился неудачно свалиться с лестницы: у юного актера откололась часть переднего зуба. А как обойтись без ослепительной улыбки Буратино? Она неотъемлемая часть образа.
Колю повели к врачу-стоматологу. На приеме впечатлительный ребенок выдал такую реакцию, что растерялись все. Мама Вера Федоровна вспоминала:
«Он кричал так, что мы не могли этого вынести. Доктор сказала: «Зачем вам из ребенка делать киноактера?» И мы решили отказаться от роли».
Так получилась, что Вера Федоровна одна поднимала двоих сыновей на зарплату инженера-химика. И стремилась только к одному: чтобы ее мальчики были счастливы.
«Коля был ласковым, добрым, милосердным. И обнимет меня, и в щечку чмокнет. Его любили в детском саду и школе», — говорила мама.
Братья увлеченно играли в шахматы. Николай занимался плаванием, теннисом и с упоением читал книги.
«Ходим и слышим, как свистят пули»
Первым на срочную службу в армию отправился старший Сергей. Проходил ее в Бресте. Вернулся живым и здоровым. Николай выучился в ПТУ на слесаря-инструментальщика. Служить тоже хотел — по примеру брата.
Младшего Кобликова направили в Афганистан. Мама рыдала, а Николай только качал головой: «Куда пошлют, туда и поеду!»
«Учебку» проходил в Фергане, где Вера Федоровна сумела сына навестить. Привезла гостинцев, которые тот немедленно разделил с сослуживцами. Николая хвалили за безупречную укладку парашюта и за меткую стрельбу — еще мальчишкой Кобликов часто бывал в тире.
О том, как пошла служба дальше, несостоявшийся киноактер старался матери не рассказывать. А вот старшему брату писал:
«Жизнь у нас вся на порохе, который вот-вот загорится. Ходим и слышим, как свистят пули. Маме скажи, что у меня все хорошо. Пусть не волнуется. Крепко ее целую. И тебя тоже». Шел 1985-й.
«Если не свалюсь с обрыва, то буду жить»
Рядовому Николаю Кобликову всегда будет 19. Как все произошло? Вера Федоровна рассказывала об этом так:
«В тот день могли погибнуть все пятьдесят человек их группы. Он взял инициативу на себя и решил вывести боевых товарищей из кольца противника по единственно возможному пути — через минное поле. Солдаты шли по его следам и остались живы. А Коля в последний момент подорвался на мине. От полученных ран скончался на месте».
Главный ужас заключается в том, что похоронила мама не только Николая. Позже она потеряла и старшего Сергея. Он сам разработал эскиз памятника на могилу брата, помог заработать денег на установку.
Но был потерянным. Все говорил:
«Так, как больно нам, не больно никому». Возвращаясь с работы домой, бродил по комнатам, словно искал Колю. Спрашивал: «Почему он погиб?»
Вера Федоровна выстояла и после вторых похорон. Четыре года назад делилась с журналистами:
«Когда погибли мои дети, я поехала в Волгоград и, стоя у памятника «Родина-мать зовет», сказала себе: если не свалюсь с обрыва, то буду жить. Обошла мемориал три раза по кругу и не упала».
Историю семьи Кобликовых рассказал в своем романе народный писатель Беларуси Николай Чергинец. Книга называется «Сыновья».
*включен Минюстом РФ в список физлиц-иноагентов